Тем не менее, в преддверии парламентских выборов 17 июня правительству премьер-министра Микулаша Джуринды многие специалисты пророчат сокрушительное поражение. В чем же дело?
После «развода» с Чехией Словакия шагнула в новую жизнь с большим опозданием. В середине 90-х годов, когда соседи-чехи и поляки переживали первую после окончания «холодной войны» эйфорию экономического подъема, в стране правил авторитарный режим Владимира Мечара, и тогда Словакию вряд ли кто-нибудь назвал бы «Ирландией Восточной Европы». Социализм подзадержался здесь, и на пользу это никому не шло. Скорее, Словакия напоминала современную Белоруссию: жить можно, но только за счет всеобщей уравниловки и «особых отношений» с соседями, которые, как водится, выражались в низких ценах на энергоносители. Однако долго это продолжаться не могло: страна «доедала» последние «объедки» былого социалистического «общего пира», и граждане взирали на бюрократов Мечара с все возрастающим недовольством.
Пришедшая им на смену молодая и, если можно так выразиться, пассионарная команда Джуринды споро взялась за дело, стремясь нагнать упущенное время. Автором «словацкого экономического чуда» по праву можно считать министра финансов страны Ивана Миклоша – именно он является инициатором большинства прекрасно сработавших реформ: единого 19%-го налога (так называемого Flat Tax), введенного в 2004 году, приватизации промышленности, реформы пенсионной системы. Одним из самых рискованных шагов правительства была отмена защиты от увольнения – когда кабинет министров за одну ночь разработал и принял это решение, он едва не поплатился досрочной отставкой. Сегодня большинство словаков возможность потерять работу не пугает – в стране достаточно рабочих мест.
С тех пор Братислава сильно изменилась. Там, где десять лет назад высились бесчисленные здания всяческих управлений, комитетов и ведомств, открылись сотни бутиков, пиццерий, ресторанчиков. Собственно, подобную картину можно наблюдать в любом городе и городке Европы, однако в Словакии это выглядит как настоящий прорыв в будущее.
Словакия шагнула в капитализм позже соседей и уже обошла их минимум на полкорпуса. В этом году ей прочат 6% прироста ВНП, а благоприятный инвестиционный климат, созданный либерализацией экономики, привлекает десятки крупных иностранных фирм. Прежде всего, маленькой карпатской страной интересуются гиганты автопромышленности: здесь открываются заводы КIA и «Фольксвагена», «Пежо» и «Сааб» – всех их привлекает низкий уровень налогообложения и низкая, по сравнению со странами Западной Европы, ставка заработной платы. Так что прозвище «европейского Детройта» оказывается вполне оправданным.
Ангела Меркель, Доминик де Вильпен или Тони Блэр, имея на руках такие цифры, могли бы спокойно отправляться на курорт, без особого волнения ожидая следующих выборов. Премьеру Микулашу Джуринде подобный отдых не светит: в последнее время 52-летний руководитель словацкого правительства, наверное, с ужасом следит за опросами общественного мнения, предрекающими ему неминуемое поражение. Сейчас его партия может рассчитывать максимум на 15% голосов избирателей – да и то, в лучшем случае.
«Карпатский тигр? – вопрошает один из самых известных словацких публицистов Евген Гиндл. – Словаки не верят своим ушам, слыша восхваления из-за рубежа! Пропаганда успеха не соответствует тому, что они видят каждый день». В самом деле, те цифры, которые были приведены выше – всего лишь усредненные статистические показатели. Некоторые районы страны, в особенности те, что граничат с Украиной, по-прежнему тонут в проблемах: безработица здесь достигает 28%. По выкладкам Евростата, каждая пятая семья в Словакии живет на грани бедности. Знаменитая чехословацкая военная промышленность разрушилась еще во времена Вацлава Гавела и «бархатной революции», когда Чехословакия была единой. Жителей страны все более ввергает в нищету постоянно повышающаяся цена «потребительской корзины».
Критики заявляют, что проведенные реформы оказались выгодны исключительно богатым людям и иностранным концернам. И в самом деле, правительственная программа поддержки инвесторов оказалась рассчитана исключительно на иностранцев. Еще до того, как южнокорейский автогигант KIA приступил к строительству нового завода в Словакии, правительство за свой счет обеспечило ему максимум содействия. Были построены дороги и коммуникации, проложены кабели и трубопроводная арматура – профсоюзы подсчитали, что каждое из 2,4 тыс. новых рабочих мест на заводе KIA обошлось словацкому государству в €79 тыс. На подобную поддержку не может рассчитывать ни одна из местных малых или средних фирм.
Главный противник Джуринды, социал-демократ Роберт Фико, спрашивает: «Почему иностранный концерн платит те же 19% налогов, что и словацкий рабочий, получающий среднюю зарплату в €450? При этом иностранным предпринимателям государство возвращает эти налоги с лихвой, помогая развивать их предприятия, а словацкому рабочему приходится дополнительно платить 20 крон за каждый поход к врачу». Правительство резонно возражает, что у местных предприятий попросту нет такого количества средств, которое вкладывают иностранцы – а значит, именно последним нужно создавать режим наибольшего благоприятствования, хотя бы до тех пор, пока не появятся свои крупные инвесторы.
Это все верно, не отрицает Фико, однако как же появиться в Словакии своим инвесторам, если им не дают развернуться? Да и потом – что будет, когда Словакия приблизится к среднеевропейскому уровню? Все те компании, которые пришли сюда в погоне за низкими налогами и небольшим уровнем оплаты труда, попросту пойдут дальше на Восток – в Украину, Китай... И с чем останется Словакия, если у нее не будет множества своих богатых людей, своего среднего класса, заинтересованного в инвестировании в экономику?
Robert Fico positions himself before the elections as a young, active leader capable of softening the unbridled liberalization that not all Slovaks are happy with. However, commentators write that in case of victory he simply will not collect enough money in the state treasury to fulfill all his promises. Nevertheless, as is usually the case, those who promise mountains of gold and banana islands are believed more than those who apologize. Pre-election monitoring predicts about 28% of the votes for Fico and his Social Democrats.
In this situation, Dzurinda can hope to remain in power only if he finds a strong coalition partner, and his choice is quite limited: Fico acts as an opponent of the government and its reforms, so the closest candidate for an alliance is the "socialist dinosaur" Vladimir Mečiar. It is he who, together with his former communists, according to polls, gains at least 15% of the votes – the same as Dzurinda's team. The irony is that one of Dzurinda's main achievements, recognized by most Slovak citizens, is precisely the victory over Vladimir Mečiar in 1998. By inviting the would-be dictator into a coalition, the liberals would discredit themselves in the eyes of their own voters.
Thus, the only possibility remains to try to reach an agreement with the Social Democrats. However, such a step is impossible while the election campaign continues. Nevertheless, hope remains – after all, in Germany, the sworn opponents Angela Merkel and Franz Müntefering managed to reach an agreement.